Доцент кафедры архитектуры и дизайна архитектурной среды ДВГТУ Павел Казанцев, десять лет ведущий курс экологического проектирования, проработал со своими студентами весь диапазон экологической архитектуры: частный экодом, таунхаусы, туристические домики, общественные здания и многоэтажное городское жилье. Один из ведущих специалистов по экологической архитектуре в России ответил на вопросы веб-журнала «ЭКА». Интервью Лара Копылова.

Западные эксперты утверждают, что 47 процентов парникового эффекта производится архитектурой. Некоторые приводят цифру 80 процентов, учитывая затраты на строительство и разрушение здания. Это так?

В 1993 году архитекторы подписали в Берлине Европейскую хартию о солнечной архитектуре European Charter for Solar Energy in Architecture
and Urban Planning . Среди них были ведущие архитекторы мира: Норманн Фостер, Николас Гримшоу, Ричард Роджерс…. Всего 30 подписей. В преамбуле хартии четко сказано, что в развитых странах половина энергии идет на производство строительных материалов и эксплуатацию зданий. Так что ваша цифра верная. Там есть много продуманных вещей: об образовании, о том, что архитектор несет большую ответственность, потому что от его домов идут все эти проблемы.

Как воспитать у архитектора экологическую ответственность?

Часто рассказываю студентам историю, которую услышал в телепередаче. О городе, который возник на Среднем Востоке примерно 5 тысяч лет назад. Люди нашли залежи известняка, у них были глинобитные дома и земляной пол, и кому-то пришло в голову обжечь известняк в костре, смешать с водой и положить на пол. Пол стал ровный и белый. Сначала один себе такое сделал – так сказать, дизайнер. Другим понравилось. Рядом были леса. Чтобы обжигать известняк, они вырубили леса. А в поселении жило примерно 5 тысяч человек. Археологи раскопали это все и восстановили последовательность событий. Срубили леса – смыло плодородный слой. То, что пыталось подрасти, съедал скот. В результате через пять лет инноваций в дизайне, когда все сделали себе такие полы, оказалось нечего есть, и поселок сократился до 300 человек, да и те потом бросили свое жилье и ушли. Мораль для будущих архитекторов и дизайнеров: от ответственности не убежишь.

Как здания выделяют СО2 в атмосферу?

Сжигают на отопление. Дома не рационально топят. У нас в Приморье это на своей шкуре можно испытать. Я живу в доме из шлакоблоков, сталинской постройки. Окна большие: 1,5 х 1,5 м, смотрят на юг. Солнце с утра до вечера. У нас, как известно, ЖКХ плохо работает. Отключали на неделю отопление в январе. Но три дня была солнечная погода, и температура в южных комнатах ниже 15 градусов не упала (к вечеру была +18), а на улице был 15-градусный мороз. В панельных пяти- и девятиэтажках при отключении отопления через 5-6 часов температура снижается до 8-10 градусов. А это основная масса жилого фонда города…

Какое здание лучше сберегает энергию, со стеклянным фасадом или кирпичным?

Зависит от климата. В Приморье – со стеклянным фасадом. У нас избыток солнца днем, проблема – куда его «складировать», чтобы компенсировать ночной холод. Как говорят дальневосточники о Приморье: широта крымская, а долгота колымская.

Квинлан Терри назвал небоскребы экологической катастрофой. А экологические небоскребы бывают?

Архитектор Кэн Янг (Ken Yeang) ввел термин «экологический небоскреб», он автор целого ряда книг по экологическому дизайну высотных зданий, в т.ч. «Ecology with the sky», «Ecodesign» и т.д. Янг предлагает небоскребы, которые живут по законам природы. Небоскреб – это сталь и бетон. При производстве стали и бетона в нужном для небоскреба количестве тратится очень много энергии, и происходит загрязнение атмосферы. С другой стороны, если сталь сделана из металлолома, например, из отслуживших свое кораблей, это уже другой разговор.

Проект дома во Владивостоке, на полуострове Эгершельд, который отличается самыми сильными ветрами в городе (средняя за год около 8 м/с). Дом спроектирован так, чтобы при любых ветрах (летом - юго-восточный сырой с моря, а солнце светит во двор с юго-запада; зимой ветер с северо-запада, солнце - с юга) были закрытые от ветра и освещенные солнцем дворы. Квартиры - в двух уровнях для лучшего распределения солнечного тепла конвекцией. Архитектор Павел Казанцев, 3D - Елена Алексеенко, Ольга Резник Ольга, проектная фирма "Argus Art", директор Владимир Прокуров.

Каковы критерии экологической архитектуры?

Есть ортодоксальный взгляд на экодизайн: можно использовать только землебетон (грунт участка, смешанный со связующим). Вы взяли то, что есть на строительной площадке, из этого сделали дом, прожили в этом доме 50 лет, для ваших детей он морально устарел, вы этот дом утилизировали, – и он вернулся в свое исходное состояние. И на этом месте снова растут травка и цветочки, как будто здесь ничего не было. Можно делать дома из соломы. Если вы срубили дерево, это уже не экологично, хотя, с другой стороны, дерево – возобновляемый ресурс. Если вы срубили дерево возобновляемой лесосеки, ничего страшного.

Говорят, что в России не развито экологическое сознание. А вы что думаете по этому поводу?

Сужу по своим заказчикам. Люди обычно хотят дом определенной формы, а экология начинается потом. Экологическая составляющая заранее не планируется, и потом, когда решают поставить солнечные батареи, оказывается, что у них – не рациональные углы для инсоляции. А фирмам, которые поставляют солнечные батареи, это только выгодно. Чем менее рациональна форма дома, тем больше коллекторов они установят.

Вы спроектировали «Экодом Solar-5» для дальневосточного климата. А для средней полосы России, где так мало солнца, он годится?

Здесь больше подойдет так называемый пассивный дом. Есть четкое деление: дом с солнечным отоплением и пассивный дом. Пассивный дом развивают на севере Германии. У них, как и в Подмосковье, почти совсем нет солнца зимой. Они применяют энергосберегающие материалы: эффективную теплоизоляцию, тройные теплосберегающие витражи и т.д.

Значит, в Подмосковье лучше ставить ветряки?

Надо, скорее, ориентироваться на тепловые насосы и рекуперацию. А вообще, классическое русское жилье – это печь, которая накапливает тепло, а потом дому отдает.

Что для русского дома лучше – дерево или камень?

Читал, что человек в деревянном доме живет на 10 процентов дольше. Можно сочетать: первый этаж – каменный, второй, где спальни, – деревянный. Камень нужен, чтобы аккумулировать тепло.

А если солнца нет, солнечные батареи все равно работают?

Немецкие – работают. На побережье Приморья – даже в туман. У китайских – бывают проблемы. Институт Проблем Морских Технологий ДВО РАН установил вакуумные коллекторы одной из китайских фирм. Они два года постояли – начали колбы лопаться. Не выдержали наших морозов. А китайские батареи другой фирмы – стоят. ИПМТ их испытывает не только на частных домах. Во Владивостоке испытательный стенд и крупнейшая в Приморье солнечная установка площадью 105 кв.м. расположена на кровле здания института. Контроль и испытание системы осуществляет Лаборатория нетрадиционной энергетики, в сотрудничестве с которой я и делаю наши проекты. Темой альтернативных источников энергии сотрудники лаборатории занимаются уже 25 лет.

Какие перспективы у вашего Экодома Solar-5?

Частные заказчики – это хорошо, но они в свой дом никого не пустят. Идеальный вариант – сделать тестовый дом-модель. Был на выставке в Германии, там заинтересовались. Немцы готовы дать для него свое оборудование в расчете на то, что появится рынок сбыта. Важно, чтобы можно было зайти внутрь и посмотреть. Потому что когда рассказываешь, это одно, а когда человек может зайти посмотреть и потрогать – совсем другое. Как я уже говорил, в институте ДВО РАН стоят солнечные коллекторы водяного отопления, я студентов туда привожу на экскурсию зимой, они трогают трубу, обжигают руки, – и у них пропадают последние сомнения.

О многих странах предусмотрены финансовые механизмы стимулирования экоархитектуры. В России финансируют экопроекты или все остается на уровне государственной риторики?

Сейчас в Приморье планируют поселок Федерального университета на о. Русском. Там территория неосвоенная, экоархитектура может понадобиться. Мы разработали блокированные дома с солнечным отоплением, которые можно там применить. Но пока никаких точных договоренностей нет. Есть еще модульный дом. Он рассчитан на лето и межсезонье, когда ночи холодные, а днем тепло. Его собирается производить Технопарк ДВГТУ на немецкой линии “Hundegger". Они надеются, что будет спрос. Такой домик можно перевозить на трейлере – он предназначен для детских лагерей, турбаз.
Что касается помощи государства, то ее нет, очень многое делается на энтузиазме. Например, мы со студентами за свой счет ездили на The World Sustainable Building conference SB05 в Японию, где выиграли диплом студенческой сессии конгресса среди ведущих университетов мира из 27 стран, занимающихся темой экологической архитектуры. Мы были там единственными представителями России. Наши экопроекты представляли Россию и на конгрессе World Environmental Educational Congress в Италии, и на конференции Евросоюза «Teaching in architecture – teaching sustainability» в Австрии, и – неоднократно – на выставках RENEXPO в Германии. В ведущих архитектурных школах Мексики уже полгода работает передвижная выставка наших дипломных проектов. Поскольку экология недавно провозглашена в нашей стране приоритетом, хочется надеяться, что за словами последуют действия.

Публикация журнала про экологию и архитектуру www.ec-a.ru

Раздел:  Эко-архитектура